Профессор Минами Ритсу
Название: Самба белого мотылька, глава седьмая
Автор: Минами Ритсу
Бета: не проверял
Фэндом: Kuroshitsuji
Пэйринг: Себастьян/Сиэль, Клод/Алоис, далее распределим.
Рейтинг: NC - 17
Статус: в процессе
Размер: макси
Предупреждение: ООС, AU
Дисклеймер: этот мир придуман не мной
Размещение: Спросить автора. Он великодушен.
Саммари: Я предлагаю альтернативную историю второго сезона. События разворачиваются сразу после первой серии. Как Вы помните, Себастьян навестил поместье Тренси, вызвал интерес Алоиса своим появлением, спиздил, что ему требовалось, и свалил. Однако, Михаэлис вызвал ненависть и ревность Фаустуса. С того самого момента Клод решает отомстить наглецу за вторжение на его территорию...

часть первая
www.diary.ru/~Minami-Ritsy/p146175005.htm
часть вторая
www.diary.ru/~Minami-Ritsy/p146430296.htm
часть третья
www.diary.ru/~Minami-Ritsy/p144619292.htm
часть четвертая
www.diary.ru/~Minami-Ritsy/p153373319.htm
часть пятая
www.diary.ru/~Minami-Ritsy/p153507686.htm#more1
часть шестая
www.diary.ru/~Minami-Ritsy/p154696607.htm

Это был обычный день, который не отличался от таких же дней. Молодой граф Тренси беззаботно прогуливался по саду, неподалеку тройняшки подрезали кусты вьющихся роз, образовывая из них арки. Во внутреннем садике было тихо и слишком умиротворенно. Кружа по нему, Алоис через некоторое время натыкается на живую изгородь. Пожав плечами и нагнувшись, мальчик упорно продирается сквозь заросли, загораживая лицо руками. Наконец, очутишись по ту сторону, потрепанный, но вполне целый, граф оглядывается кругом и одобрительно хмыкает. "Здесь мне гораздо больше нравится" проносится у него в мыслях, когда, оглядываясь, он неторопливо шагает вперед. В противовес ухоженному идеальному ландшафту во внутреннем дворе, этот гротескно неухожен и зловещ. Несколько раз перепрыгнув через густые заросли терновника, мальчик едва не втыкается в каменные обломки какого-то строения и, аккуратно обойдя их, останавливается перед небольшим зданием, часть которого видимо и была обрушена.
- Господин Тренси, - послышался робкий, едва уловимый женский голос, - Вам не нужно находиться здесь. Пожалуйста, милорд. Следуйте за мной. - попросила Ханна, мягко прикоснувшись к плечу мальчика. Дернув рукой, Алоис просверлил девушку взглядом и, вскинув голову, зашел внутрь, не без усилия открыв тяжелую дверь, по всей видимости, из цельного дуба. Поморщившись от сладкого запаха гниющей древесины, стоявшего внутри, мальчик оглянулся и, рассмотрев в темноте смутные очертания масляного светильника, ткнул им в слабо тлеющие на подставке угли. Затрещав, тот быстро разгорелся. Вздрогнув, мальчик оглянулся вокруг, понимая, что оказался он не где иначе, как в чьем-то склепе. В миг его глаза закрыла чья-то ладонь. Одним движением чужой руки юного графа прижали к мягкой женской груди. Служанка дрожала всем телом и крепко держала своего господина в руках:
- Милорд, умоляю Вас, если Вам дороги жизни Ваших слуг, не открывайте глаз. Я умоляю, прошу, господин.
Просьба и голос, высказывающий ее, столь необычны, что Алоис послушно замирает, забыв о своей неприязни к горничной. Когда он открывает рот, его собственный голос кажется ему непривычно хриплым:
- Что здесь, Ханна?
- Милорд, я не могу сказать. Только Клод может Вам ответить, но я думаю, что и он не имеет права разглашать это. - шепчут ярко накрашенные тонкие губы в ответ, - если кто и может внести ясность, так это он.
Вздохнув, юный граф нетерпеливо шевелит плечом, и когда девушка осторожно выводит его наружу, моментально сбрасывает ее руку, отходя в сторону:
- Больше не смей прикасаться ко мне. - шипит он, отворачиваясь в поисках выхода. Светловолосая девушка покорно опускает голову, давая понять, что приказ будет исполняться впредь. В дальнейшем Ханна следовала за молодым аристократом на расстоянии десяти шагов, сопровождая его к особняку. Зайдя внутрь, мальчик осторожно заглядывает в комнату на втором этаже и, убедившись, что мужчина еще спит, тихо проходит внутрь, садясь напротив и отстраненно погружаясь в чтение. Спустя десять минут, поняв, что не понимает ни слова из немецкой поэзии, Алоис подходит ближе и, уткнувшись подбородком в сложенные руки, принимается рассматривать безмятежно спокойное лицо демона. Клод тихо дышал, в тишине комнаты его дыхание отчетливо слышалось. Вдруг его глаза резко открылись и мужчина рывком сел на постели. Вздрогнув от неожиданности, мальчик невольно подается назад, глядя на демона удивленным взглядом:
- Что такое, Клод? Я тебя потревожил?
Сглотнув, дворецкий потер лицо руками и, схватив с прикроватного столика очки, одел их:
- Господин, от Вашей одежды пахнет сыростью и тленом. Я помогу Вам переодеться.
- Х.. хорошо, - все так же недоуменно отвечает тот, внимательно глядя мужчине в лицо. Помедлив, мальчик все же решается задать интересующий его вопрос, - что тебя так испугало?
- Ничего, господин. - отзывается слуга, уже развязывая бант на груди ребенка. Схватив его за руки, мальчик умоляюще заглядывает ему в глаза:
- Расскажи. Пожалуйста. Что там?
- Позже, милорд. - ласково произносит брюнет, поглаживая подбородок ребенка кончиками пальцев. Вздохнув, Алоис запрокидывает голову, помогая мужчине снять с него рубашку и, наклонившись вперед, обнимает его за шею:
- Я испугался. Немного. Совсем немного.
- Там страшно, знаю. Господин больше не отправится туда? - вопросил слуга, бережно гладя мальчика по волосам, позволяя услышать ему свое сердце и успокоиться. Улыбнувшись, мальчик отстранился и, кивнув головой, закрыл глаза:
- Однако, тот заброшенный сад привлекает меня намного больше этой прилизанной выставки цветов под окнами.
Фаустус молчит в ответ и, кажется, улыбается в своей неповторимой манере. Неповторимой лишь потому, что никто не умеет улыбаться так, как он. Когда демон завязывает последний бант в его костюме, Алоис спокойно вздыхает и, сев рядом, кладет голову на его плечо:
- Мне казалось, что я сам давно мертв, не помню, кто я, не знаю, зачем там стою. Голос Ханны был как пощечина, меня словно вытолкнуло на поверхность из вязкого болота. Не хотелось бы ощутить это еще раз.
Мужчина вздохнул, привлекая мальчика ближе:
- А знаете, господин... Мне даже нравится быть человеком.
- Почему? - глаза Алоиса расширились от удивления, отстранившись, он глянул на Клода со смесью недоверия и иронии, - Тебя привлекает медленная смерть от старости, бессилие и грязь, которые сопровождают нас от чрева до гроба?
- У меня этого не было. - мягко произнес мужчина, устремляя на мальчика тусклый взгляд, - Сейчас мне это достаточно интересно.
- Врешь. - безразлично отозвался тот, поднимаясь с места.
Клод молча смотрел, как Алоис мгновенно поднялся на ноги и огрызнулся. Возможно, именно поэтому он любил этого ребенка?
- Ты же демон, Клод! - тем временем продолжал мальчик, закипая на глазах, - ты видел Изгнание, видел потоп, видел Вавилонское падение и медленное загнивание людских душ. Почему ты все это терпишь, вместо того, чтобы стереть с лица земли это место, ты ворочаешься по ночам, прижимая к бинтам руки? Ведь стоит тебе только позвать, и Князь явится к тебе с помощью. Но нет, вместо этого ты говоришь, что быть одним из гниющих заживо кусков мяса - это не так уж и плохо!
- Люди забавны. В моем существовании почти ничего не изменилось.- настаивал на своем дворецкий и поднялся. Уверенными шагами он приблизился к светловолосому аристократу. Смотря на мальчика сверху вниз, слуга хладнокровно произнес:
- Князь не шавка, чтобы спускаться до таких, как Ваш покорный слуга.
- Если он растеряет всех сильнейших демонов, то может случайно остаться с элементалями и суккубами. - прошипел тот, в ответ бесстрашно уставясь в прищуренные золотые глаза.
- Я человек.- безразлично произнес брюнет, затем приложил ладонь в белоснежной перчатке к груди - и, если господин позволит, я пойду. Мне необходимо распорядиться об ужине.
Просверлив мужчину взглядом, Алоис фыркнул и отвернулся, махнув рукой:
- Иди.
Алоису послышалось, как Клод хмыкнул перед тем, как уйти. Видимо, он счел это победой в словесной баталии. Вспыхнув, мальчик зарычал в бессильной злобе. в закрывшуюся дверь секундой позже полетела тяжелая фарфоровая ваза. Не успокоившись на этом, он прошелся по комнате, превращая в беспорядочное месиво осколков все, что могло в них превратиться и, выдохшись, замер на балконе, стискивая пальцами перила. Услышав звуки бьющегося стекла и фарфора тройняшки бросились наверх, чтобы в тот же миг прибрать за расшалившимся Тренси. Клод закрыл за собой дверь в подсобку и теперь спокойно смотрел на робко опустившую взор Ханну. Не размениваясь на приветствия и прочие формальности, Клод спокойно произнес:
- Меня интересует лишь один вопрос: он видел?
Дрожа всем телом, девушка покачала головой и ответила:
- Нет... Я успела закрыть ему глаза...
Фаустус выдохнул и развернулся, чтобы уйти. Горничная остановила его прежде, чем он успел повернуть дверную ручку:
- Клод... верни мне мою силу... пожалуйста... я... я больше не могу.
Дворецкий обернулся:
- Что?
- Верни мне мою силу, Клод. Я хочу свободы...
Мужчина сам не заметил, как служанка крепко вцепилась в его фрак и устремила на него расстеряный взор. Бывший дьявол вздохнул;
- Как только ты получишь силу, то тут же убьешь меня. Мы оба это знаем. Но, я сдерживаю свои обещания. Как только я получу мальчика, ты получишь силу, идет?
Ханна тяжело вздохнула и медленно разжала ладони.

Обернувшись назад, и совершенно не удивившись идеально прибранной комнате, Алоис задумчиво приложил палец к губам, невидяще уставившись сквозь стену. Через пару секунд, наклонившись, мальчик поочередно стащил с ног высокие сапоги, зажал их под мышкой и, пройдясь взад-вперед и убедившись, что теперь звук его шагов неслышен, приоткрыл дверь и юркнул в коридор. Быстро сбежав вниз по запасному ходу, ведущему во внутренний двор, Алоис вышел на улицу и, что было сил, понесся по уже знакомой дороге, ведущей к полуразрушенному склепу.

- Хотя знаешь, Клод... - произнесла Ханна, рассматривая ухоженные ногти под лаком цвета сирени - Я, пожалуй, откажусь от своей силы ради твоей смерти.
Мужчина прищурил золотые глаза:
- Что ты имеешь в виду?
В ответ девушка засмеялась, отходя к столу с многочисленными вазами.

Добежав до склепа и отдышавшись, мальчик уже более спокойно принялся осматривать плотно закрытую высокую дверь, поминутно оборачиваясь через плечо. Обойдя строение несколько раз, и убедившись, что несмотря на кажущуюся ветхость, внутрь не попадает ни одного луча света извне, он кивнул своим мыслям, вновь останавливаясь перед арочным входом:
- Значит, смерть всем слугам. Запрет, тление и сокрытие. - пробормотал юный граф, извлекая из кармана маленький, не больше ладони, нож, - а что ты скажешь, Ханна, если вместо того, чтобы закрываться от "опасности", я встану на ее сторону? - помедлив, Алоис глубоко вдохнул, еще раз прокручивая в мыслях все свои догадки. Потом, зажмурившись, с силой провел острием по ладони. Сведя пальцы лодочкой, чтобы мгновенно хлынувшая кровь не капала на землю, мальчик принялся терпеливо выводить на потертых деревянных створках темно-алые линии. Через несколько минут он, зажимая руку, отступил на шаг, оглядывая результат. На дверях, влажно блестя, подсыхали две переплетенные печати - пентакль Бафомета и его собственная, бывшая ранее на языке. Прислушавшись, мальчик некоторое время стоял, словно ожидая чего-то. Потом, устало выдохнув, наскоро замотал ладонь шейным платком и направился обратно в поместье.

- Ты же не сказала ему...
- Нет, Клод. Он слишком эксцентричен и умен. - горничная замолкла и лишь затем продолжила, подняв на мужчину счастливый взгляд, - Прямо как ты в детстве.
Дворецкий нахмурился и поспешил выйти из небольшой светлой комнаты с одним единственным окном, оставляя служанку наедине с ее мыслями.

Дойдя до комнаты, мальчик еще раз нетерпеливо вышел на балкон, всматриваясь вдаль. Ничего. Хмыкнув, он вернулся обратно, ругая себя за глупость. "А ты думал, что земля разверзнется и в твой дурацкий сад слетится вся армия Ада?". Поболтав рукой в чаше для умывания, он пару секунд рассматривал бледный иссякший порез, похожий теперь на мертвый закатившийся глаз и, снова перевязав его тем же платком, упал спиной на кровать, принимаясь бездумно смотреть в потолок.

@музыка: Анимия - Интернет

@темы: "Kuroshitsuji"